Мужская оральная контрацепция

Слушать Скачать

Автор обзора: Шадеркина Виктория Анатольевна, уролог, научный руководитель Uroweb.ru.

План обзора

1. Введение

Разработка мужской противозачаточной таблетки связана с потребностью в обратимом методе, который мужчина мог бы самостоятельно использовать для планирования семьи. Основными доступными мужскими методами остаются презерватив и вазэктомия. Презерватив требует правильного применения при каждом половом контакте, а вазэктомия рассматривается как постоянный метод и не подходит тем, кто рассчитывает сохранить возможность зачатия в будущем [1, 2]. Новые препараты должны расширить этот выбор, обеспечив временное снижение фертильности при приемлемой безопасности.

2. Актуальность

По данным ВОЗ, в 2021 году из 1,9 млрд женщин репродуктивного возраста 15-49 лет около 1,1 млрд нуждались в планировании семьи; у 164 млн потребность в контрацепции оставалась неудовлетворённой [3]. По оценке J. Bearak и соавт., в 2015–2019 годах в мире ежегодно происходило около 121 млн незапланированных беременностей, или 64 на 1000 женщин в возрасте 15-49 лет [4].

Эти данные показывают масштаб потребности в доступной контрацепции, хотя само появление мужской таблетки не устранит социальные и организационные причины незапланированных беременностей. Дополнительный обратимый метод мог бы дать мужчинам больше возможностей участвовать в планировании семьи и расширить выбор пар, которым не подходят существующие средства. При этом спрос на новый метод должен сочетаться с доказательствами его эффективности, безопасности и восстановления репродуктивной функции после отмены [1].

3. Современный этап разработки мужских таблеток

Мужские противозачаточные таблетки уже исследуют у людей, однако доступным для обычного применения методом они пока не стали. Главный вопрос сейчас – не только можно ли временно подавить образование сперматозоидов, но и удастся ли обеспечить надёжную защиту от беременности, приемлемую безопасность при длительном приёме и восстановление репродуктивной функции после отмены. Обнадёживающий результат небольшого исследования ещё не означает, что препарат готов к продаже [1].

Разрабатываются как гормональные, так и негормональные препараты. Диметандролона ундеканоат (DMAU) и 11β-метил-19-нортестостерона додецилкарбонат (11β-MNTDC) относятся к гормональным кандидатам. Для обоих опубликованы результаты краткосрочного приёма, показавшие подавление гормональных сигналов, необходимых для образования сперматозоидов [5, 6]. При этом стадии разработки различаются: данные одного кандидата нельзя автоматически приписывать другому. Для DMAU в ClinicalTrials.gov зарегистрировано завершённое 12-недельное исследование фазы IIa с участием 92 мужчин. По состоянию на ноябрь 2026 года результаты в записи реестра не размещены, поэтому сам факт завершения не позволяет судить об успешности испытания [7].

Негормональный кандидат YCT-529 также перешёл к исследованиям у людей. В 2025 году опубликовано первое исследование фазы Ia с участием 16 мужчин, в котором оценивали безопасность, переносимость и фармакокинетику отдельных доз. Оно дало основания продолжать разработку, но не проверяло предотвращение беременности [8]. Для многократного приёма зарегистрировано исследование фазы Ib/IIa с периодами лечения 28, 90 и 180 дней. В последней доступной записи ClinicalTrials.gov, обновлённой 13 февраля 2026 года, сохраняется статус набора участников; результаты не размещены [9]. Следовательно, представление о том, что все негормональные мужские таблетки исследуются только на животных, уже устарело, однако раннюю клиническую разработку ещё нельзя считать доказательством готовности препарата к применению.

Назвать достоверный год появления мужской таблетки в аптеке пока нельзя. Для выхода на рынок предстоит получить убедительные данные об эффективности, длительной безопасности и обратимости действия, а затем пройти регуляторную оценку. Даже успешное завершение очередного исследования не равно разрешению на продажу. Поэтому можно говорить о перспективном направлении, уже дошедшем до испытаний у людей, но не обещать пациентам препарат к определённой дате [1, 2].

4. Механизмы действия и отличие от медикаментозной кастрации

Единого механизма у всех разрабатываемых мужских таблеток нет. Гормональные кандидаты, включая DMAU и 11β-MNTDC, используют механизм обратной связи в системе, регулирующей работу яичек. Под действием препарата гипофиз снижает выработку двух гормонов – лютеинизирующего и фолликулостимулирующего, ЛГ и ФСГ. В результате уменьшается гормональная поддержка образования сперматозоидов, в том числе снижается уровень тестостерона внутри яичек. Для нормального сперматогенеза там нужна существенно более высокая концентрация тестостерона, чем в крови [10].

Задача разработчиков – подавить образование сперматозоидов, сохранив необходимое андрогенное действие в остальных тканях. Активные вещества, в которые превращаются DMAU и 11β-MNTDC, обладают одновременно прогестагенной и андрогенной активностью: они подавляют сигналы, управляющие сперматогенезом, и сами активируют андрогенные рецепторы. Поэтому собственный тестостерон в крови может существенно снижаться, а андрогенное действие обеспечивает синтетическое вещество. Говорить, что при приёме таких таблеток уровень тестостерона обязательно остаётся нормальным, было бы неправильно. Очень низкий лабораторный уровень собственного тестостерона на фоне лечения не равнозначен отсутствию общей андрогенной активности [5, 6, 10].

Именно здесь проходит главное отличие от медикаментозной, или «химической», кастрации. Например, при лечении рака предстательной железы лекарственное подавление выработки тестостерона используют, чтобы лишить опухоль андрогенной стимуляции. У гормональной контрацепции другая цель: временно снизить способность к зачатию при сохранении андрогензависимых функций, в том числе полового влечения и сексуальной функции. При этом нельзя объяснять разницу словами «контрацепция обратима, а химическая кастрация – нет»: после отмены препаратов для медикаментозной кастрации выработка тестостерона тоже может восстанавливаться [10, 11].

Цели разработки мужских контрацептивов могут отличаться от полученных на данный момент результатов. Сохранение сексуальной функции нельзя гарантировать каждому мужчине: в раннем исследовании 11β-MNTDC часть участников сообщала о снижении либидо и изменениях эректильной или эякуляторной функции. Поэтому исследователи должны оценивать не только гормоны и показатели спермы, но и самочувствие, сексуальную функцию и безопасность длительного приёма [6].

Негормональные кандидаты действуют иначе. Например, YCT-529 блокирует рецептор ретиноевой кислоты RARα – звено сигнального пути, необходимого для развития мужских половых клеток. Его механизм не основан на подавлении выработки тестостерона. Но и здесь слово «негормональный» само по себе не означает «без побочных эффектов»: для этого препарата пока опубликованы лишь ранние клинические данные [8].

5. Результаты исследований и предполагаемые дополнительные эффекты

DMAU и 11β-MNTDC дали обнадёживающие результаты как кандидаты для дальнейших исследований, но приписывать им дополнительные лечебные или профилактические свойства пока преждевременно. Здесь важно разделять три вещи: подавление гормонов, участвующих в образовании сперматозоидов, доказанную защиту от беременности, возможные эффекты на другие органы. Успех по первому пункту не означает, что доказаны остальные [5, 6].

В опубликованном 28-дневном исследовании DMAU были рандомизированы и получили препарат или плацебо 100 мужчин; согласно разделу результатов полной публикации, исследование завершили 83, а в популяцию для анализа эффективности вошли 82 участника. В более высоких дозах препарат выраженно подавлял ЛГ, ФСГ и собственный тестостерон [5]. В другом 28-дневном исследовании 42 мужчины были распределены в группы 11β-MNTDC или плацебо; здесь также получили выраженное подавление гормональных показателей [6]. Оба исследования прежде всего оценивали переносимость и действие препарата на организм, а не частоту беременностей у партнёрш.

Серьёзных нежелательных явлений в этих двух 28-дневных исследованиях не зарегистрировали. Однако побочные эффекты были: отмечались увеличение массы тела, снижение холестерина липопротеинов высокой плотности – так называемого «хорошего» холестерина, повышение гематокрита. У части участников возникали жалобы на снижение полового влечения; при приёме 11β-MNTDC также описаны головные боли, утомляемость и изменения сексуальной функции. Малые выборки и короткое наблюдение не позволяют исключить редкие или отдалённые осложнения [5, 6].

Есть данные и о том, насколько такой метод устраивает самих мужчин. В опросе 40 участников 28-дневного исследования 11β-MNTDC, включая 30 получавших активный препарат и 10 получавших плацебо, 72,5% сообщили об удовлетворённости опытом применения, а 92,5% были готовы рекомендовать метод другим [12]. Эти показатели относятся ко всей опрошенной группе и не означают такую же частоту удовлетворённости среди всех будущих пользователей. Добровольцы участвовали в коротком исследовании и не полагались на экспериментальный препарат для предотвращения беременности.

Более длительные исследования DMAU проводились на приматах, в том числе с пероральным введением в течение девяти месяцев. Эти данные важны для продолжения разработки, однако не заменяют оценки длительной безопасности у человека и не доказывают профилактику онкологических заболеваний [13].

Убедительных клинических доказательств о защите от рака предстательной железы для этих препаратов нет. Возможный источник подобных ожиданий – особенности их обмена. В доклинической работе показано, что активным веществам DMA и 11β-MNT не требуется превращение с участием фермента 5α-редуктазы для выраженного андрогенного действия. Но это не означает отсутствия воздействия на простату: в той же работе оценивали, в частности, стимуляцию роста предстательной железы у крыс. Исследование механизма действия нельзя считать доказательством профилактики рака у мужчин [14].

С акне ситуация ещё нагляднее: оно встречалось среди нежелательных явлений в обоих клинических исследованиях. Это не даёт оснований обещать уменьшение угревой сыпи; при этом сам факт её появления у отдельных участников ещё не устанавливает точную величину риска по сравнению с плацебо. Для уменьшения роста волос на теле и профилактики андрогенетической алопеции убедительных клинических доказательств также пока нет. Гипотезы о возможных преимуществах, связанные с обменом андрогенов, требуют отдельной проверки в длительных исследованиях [5, 6].

6. Почему мужские оральные контрацептивы ещё не появились на рынке

Одной причины здесь нет. Нужно одновременно получить надёжное подавление образования сперматозоидов, подтвердить предотвращение беременности, приемлемую переносимость и восстановление репродуктивной функции после отмены. Кроме того, для перехода от экспериментального препарата к доступному средству нужны крупные длительные исследования, финансирование и регистрация. Побочные эффекты – важная часть этой задачи, но объяснять всю историю только ими было бы упрощением [1].

Показателен опыт исследования инъекционного сочетания тестостерона ундеканоата и норэтистерона энантата, опубликованного в 2016 году. В него включили 320 мужчин и их партнёрш; 266 пар перешли к оценке контрацептивной эффективности, во время которой зарегистрировали четыре беременности. Индекс Перля составил 2,18 беременности на 100 человеко-лет наблюдения. Однако набор участников и введение препаратов прекратили досрочно по рекомендации внешнего комитета по безопасности, среди причин авторы отмечали нарушения настроения [15]. Это пример трудностей обеспечения переносимости конкретной схемы. Речь шла об инъекциях, и переносить результат на DMAU, 11β-MNTDC или все мужские таблетки неправильно.

7. Сроки действия и оценка соотношения пользы и риска

Ещё одна задача – добиться достаточно выраженного и устойчивого эффекта у разных мужчин. В клинических исследованиях гормональных методов обычно используют порог не более 1 миллиона сперматозоидов в миллилитре перед переходом к проверке защиты от беременности. Однако даже такой показатель сам по себе не заменяет наблюдения за беременностями у партнёрш. Современный подход отдельно учитывает недостаточное подавление сперматогенеза, повторное повышение числа сперматозоидов на лечении и наступление беременности. Поэтому требования к оценке эффективности нельзя свести к «полному отсутствию сперматозоидов у 100% мужчин» [1, 16].

Задержка начала действия тоже имеет значение. При гормональном подавлении сперматогенеза изменение уровня гормонов не означает немедленной защиты: нужно время для снижения количества сперматозоидов до целевого уровня. Восстановление после отмены также занимает время. Это осложняет применение и требует понятных правил переходного периода, но само по себе не доказывает непригодность метода [17].

Цифра «70 дней» не является универсальным сроком ни начала действия, ни восстановления фертильности. В объединённом анализе данных 1549 мужчин из 30 исследований гормональной контрацепции медиана восстановления концентрации сперматозоидов до 20 млн/мл составила 3,4 месяца. Расчётная вероятность достижения этого порога составляла 67% в течение 6 месяцев и 90% в течение 12 месяцев [18]. Это данные прежних гормональных схем, а не установленный срок для новых таблеток. Кроме того, достижение определённого показателя спермограммы и наступление беременности – разные исходы; использованный в анализе порог не следует трактовать как универсальную границу фертильности.

Сравнивать мужскую и женскую контрацепцию по длине списка побочных эффектов в инструкции нельзя (табл. 1). Важны частота, тяжесть и обратимость осложнений, а также индивидуальные факторы риска. Для женщины предотвращение беременности означает в том числе уменьшение связанных с ней медицинских рисков. Беременность повышает риск венозного тромбоза, особенно высок он после родов; величина повышения зависит от периода наблюдения, группы сравнения и дизайна исследования [19]. Эстрогенсодержащие комбинированные контрацептивы тоже повышают риск венозных тромбозов, поэтому соотношение пользы и риска оценивают индивидуально. Эти данные нельзя автоматически распространять на все виды женской контрацепции [20].

Для мужского препарата оценка сложнее, потому что лекарственные риски несёт мужчина, а непосредственные медицинские риски беременности – женщина. При этом надёжная контрацепция приносит пользу обоим партнёрам, а профессиональные рекомендации поддерживают совместное обсуждение выбора метода [1]. На мой взгляд, учитывать интересы пары необходимо, но риск беременности у партнёрши не может автоматически оправдывать любые побочные эффекты у мужчины. Точно так же наличие побочных эффектов у женских препаратов не освобождает новый мужской препарат от доказательства приемлемой безопасности.

Табл. 1. Сравнение мужской и женской оральной контрацепции.
Примечание: женские и мужские препараты находятся на разных этапах изучения. Поэтому по имеющимся данным нельзя заключить, что мужские таблетки безопаснее, опаснее или эффективнее женских.

Наконец, есть организационная и экономическая сторона. В рекомендациях Европейской академии андрологии и Американского общества андрологии, опубликованных в 2024 году, ограниченное участие фарминдустрии отмечено среди проблем развития направления [1]. При этом исследования приемлемости показывают интерес мужчин к новым методам [12]. Поэтому объяснять задержку исключительно отсутствием спроса тоже неверно. Для появления таблетки в аптеке необходимо не только найти работающую молекулу, но и довести всю программу исследований до убедительных результатов и регуляторного решения.

8. Выводы

Мужская оральная контрацепция уже вышла за пределы доклинических исследований, однако её внедрение требует более убедительной доказательной базы. Для DMAU и 11β-MNTDC показано подавление гонадотропинов при краткосрочном приёме, а для YCT-529 опубликованы первые данные о безопасности и фармакокинетике у человека. Эти результаты обосновывают дальнейшие испытания, но пока не устанавливают надёжность предотвращения беременности при длительном использовании таблеток.

Ключевыми условиями перехода к практике остаются подтверждение контрацептивной эффективности в исследованиях с участием пар, оценка длительной безопасности и предсказуемости восстановления сперматогенеза после отмены. Необходимо также установить сроки начала действия и правила дополнительной контрацепции, оценить влияние пропусков приёма и удобство метода для пользователей. Ни гормональный механизм, ни отсутствие гормонального действия сами по себе не определяют безопасность конкретного препарата.

Для уролога практический вывод состоит в том, чтобы объяснять пациентам перспективы разработки без обещаний конкретного срока появления таблетки и недоказанных преимуществ для простаты, кожи или волос. Пока экспериментальные оральные средства не стали доступным методом, выбор контрацепции следует обсуждать с учётом репродуктивных планов обоих партнёров и свойств уже существующих методов. Мужская таблетка в перспективе могла бы расширить этот выбор, но защита от инфекций, передаваемых половым путём, остаётся отдельной задачей, для которой сохраняется значение презерватива.

Список литературы

1. Wang C, Meriggiola MC, Amory JK, Barratt CLR, Behre HM, Bremner WJ, et al. Practice and development of male contraception: European Academy of Andrology and American Society of Andrology guidelines. Andrology. 2024;12(7):1470-1500. doi: 10.1111/andr.13525.
2. U.S. Food and Drug Administration. Birth control [Internet]. Silver Spring (MD): FDA; [cited 2026 Nov 10]. Available from: https://www.fda.gov/consumers/womens-health-topics/birth-control.
3. World Health Organization. Family planning/contraception methods [Internet]. Geneva: WHO; 2025 Jul 3 [cited 2026 Nov 10]. Available from: https://www.who.int/news-room/fact-sheets/detail/family-planning-contraception.
4. Bearak J, Popinchalk A, Ganatra B, Moller AB, Tunçalp Ö, Beavin C, et al. Unintended pregnancy and abortion by income, region, and the legal status of abortion: estimates from a comprehensive model for 1990-2019. Lancet Glob Health. 2020;8(9):e1152-e1161. doi: 10.1016/S2214-109X(20)30315-6.
5. Thirumalai A, Ceponis J, Amory JK, Swerdloff R, Surampudi V, Liu PY, et al. Effects of 28 days of oral dimethandrolone undecanoate in healthy men: a prototype male pill. J Clin Endocrinol Metab. 2019;104(2):423-432. doi: 10.1210/jc.2018-01452.
6. Yuen F, Thirumalai A, Pham C, Swerdloff RS, Anawalt BD, Liu PY, et al. Daily oral administration of the novel androgen 11β-MNTDC markedly suppresses serum gonadotropins in healthy men. J Clin Endocrinol Metab. 2020;105(3):e835-e847. doi: 10.1210/clinem/dgaa032.
7. Premier Research. Study of spermatogenesis suppression with DMAU alone or with LNG versus placebo alone in normal men. ClinicalTrials.gov identifier: NCT03455075 [Internet]. Bethesda (MD): National Library of Medicine (US); 2018 Mar 6 [updated 2025 Oct 30; cited 2026 Nov 10]. Available from: https://clinicaltrials.gov/study/NCT03455075.
8. Mannowetz N, McCallum SW, Sidhu S, Mena KH, Ruby EP, Castro-Santamaria R, et al. Safety and pharmacokinetics of the non-hormonal male contraceptive YCT-529. Commun Med (Lond). 2025;5(1):279. doi: 10.1038/s43856-025-01004-4.
9. YourChoice Therapeutics, Inc. Open label, dose escalation, repeat dose study evaluating YCT-529 in healthy males. ClinicalTrials.gov identifier: NCT06542237 [Internet]. Bethesda (MD): National Library of Medicine (US); 2024 Aug 7 [updated 2026 Feb 13; cited 2026 Nov 10]. Available from: https://clinicaltrials.gov/study/NCT06542237.
10. Eunice Kennedy Shriver National Institute of Child Health and Human Development. CDP research: developing hormonal contraception methods for men [Internet]. Bethesda (MD): NICHD; [cited 2026 Nov 10]. Available from: https://www.nichd.nih.gov/about/org/diphr/officebranch/cdp/research/contraception_men.
11. National Cancer Institute. Hormone therapy for prostate cancer [Internet]. Bethesda (MD): NCI; [cited 2026 Nov 10]. Available from: https://www.cancer.gov/types/prostate/prostate-hormone-therapy-fact-sheet.
12. Nguyen BT, Yuen F, Farrant M, Thirumalai A, Fernando F, Amory JK, et al. Acceptability of the oral hormonal male contraceptive prototype, 11β-methyl-19-nortestosterone dodecylcarbonate (11β-MNTDC), in a 28-day placebo-controlled trial. Contraception. 2021;104(5):531-537. doi: 10.1016/j.contraception.2021.06.009.
13. Bunin DI, Kim K, Parman T, Gahagen J, Zelinski MB, Adevai T, et al. Evaluation of dimethandrolone undecanoate in non-human primates as a candidate for long-acting injectable male contraceptive. Andrology. 2025;13(7):1919-1934. doi: 10.1111/andr.13819.
14. Attardi BJ, Hild SA, Koduri S, Pham T, Pessaint L, Engbring J, et al. The potent synthetic androgens, dimethandrolone (7α,11β-dimethyl-19-nortestosterone) and 11β-methyl-19-nortestosterone, do not require 5α-reduction to exert their maximal androgenic effects. J Steroid Biochem Mol Biol. 2010;122(4):212-218. doi: 10.1016/j.jsbmb.2010.06.009.
15. Behre HM, Zitzmann M, Anderson RA, Handelsman DJ, Lestari SW, McLachlan RI, et al. Efficacy and safety of an injectable combination hormonal contraceptive for men. J Clin Endocrinol Metab. 2016;101(12):4779-4788. doi: 10.1210/jc.2016-2141.
16. Amory JK. Standardized outcome measures for reporting results from male contraceptive efficacy trials. Andrology. 2026;14(1):29-35. doi: 10.1111/andr.70042.
17. Ly LP, Liu PY, Handelsman DJ. Rates of suppression and recovery of human sperm output in testosterone-based hormonal contraceptive regimens. Hum Reprod. 2005;20(6):1733-1740. doi: 10.1093/humrep/deh834.
18. Liu PY, Swerdloff RS, Christenson PD, Handelsman DJ, Wang C; Hormonal Male Contraception Summit Group. Rate, extent, and modifiers of spermatogenic recovery after hormonal male contraception: an integrated analysis. Lancet. 2006;367(9520):1412-1420. doi: 10.1016/S0140-6736(06)68614-5.
19. Pomp ER, Lenselink AM, Rosendaal FR, Doggen CJM. Pregnancy, the postpartum period and prothrombotic defects: risk of venous thrombosis in the MEGA study. J Thromb Haemost. 2008;6(4):632-637. doi: 10.1111/j.1538-7836.2008.02921.x.
20. Practice Committee of the American Society for Reproductive Medicine. Combined hormonal contraception and the risk of venous thromboembolism: a guideline. Fertil Steril. 2017;107(1):43-51. doi: 10.1016/j.fertnstert.2016.09.027.